Фрагмент о поворотной точке в экономической науке в середине прошлого века, из статьи Peter Boettke «Where did economics go wrong? Modern economics as a flight from reality» (стр. 9):

Модели стала отводиться ключевая роль независимо от того, использовалась ли она меньшинством, полагавшим, что рыночная экономика аппроксимировала модель, или большинством, полагавшим, что капитализм отклонялся от модели достаточно серьёзно, чтобы оправдать значительное государственное вмешательство. В обоих случаях формализм вёл к утопизму. Либо (в глазах меньшинства) реальность идеализировалась так, чтобы приближаться к модели; либо (в глазах большинства) реальность становилась дистопией, лишённой свойств динамической адаптации, а утопические свойства небрежно приписывались интервеницям, нацеленным на то, чтобы привести реальность в соответствие с моделью. В обеих разновидностях формализма отсутствовало признание любых вариантов кроме «всё — или ничего». Либо реальный мир являл собой пример статического равновесия, либо не мог достичь этого состояния без толчка со стороны государства. Промежуточные варианты, представленные реальными институтами приспособления к неравновесию [real-world institutions of adjustment to disequilibrium], выпали из поля зрения, потому что в модели было только равновесие.

Т.е., интересная получается картина: придумали некоторую модель, затем разделились на две группы. Первая говорит, что модель хорошо описывает реальность, вторая говорит, что реальность надо подталкивать к модели. При том, что сама модель не годилась для описания ни действительного, ни желаемого положения вещей.

Всё никак не соберусь написать про то, что я узнал, дочитав книгу де Сото. Тем временем написал несколько комментариев по теме у inadia:

• коротко о том, почему проблемы с частичным резервированием есть не только в случае заведомого мошенничества;
• в целом о связи частичного резервирования и деловых циклов;
• фрагмент из книги, семь возможных юридических характеристик договоров банковского вклада с частичным резервированием.

* * *

Уже все, наверное, слышали про то, что американская порноиндустрия попросила у конгресса $5 миллиардов на преодоление кризиса. В одной «австрийской» рассылке участников немедленно предупредили:

The first person to say anything about a porn industry bailout having an effect on the size, shape, or elasticity of any curve will be censored by the list-mgr.

Вот интересно, можно ли развить у себя абсолютный музыкальный слух? Относительный слух у меня есть — если мне назвучать тонику, то могу напеть или распознать остальные ноты в тональности. Подбираю со слуха нормально, если модуляции не совсем запутанные. Как его дальше развивать — понятно. А интересно именно абсолютный слух, чтобы по звуку сразу тон определять.

В википедии что-то неопределённое написано, но общий вывод довольно скептический — если с детства не подвергался специальному музыкальному воздействию, то потом если и получится, то уже не то:

It has been shown possible to learn the naming of tones later in life, although some consider this skill not to be true absolute pitch. Although it has been shown possible to learn to identify pitches, keys, and everyday sounds later in life, no training method for adults has yet been shown to produce abilities comparable to naturally occurring absolute pitch.

Понравилось сравнение (там же): способность распознавать тона — это как способность распознавать цвета. Люди ведь как-то обучаются узнавать, что вот этот цвет — синий, а тот — зелёный; со звуком должно быть аналогично. Правда, опять же, обучаются этому ещё в детстве. Совершенно невозможно представить себе, как во взрослом возрасте можно не знать названий основных цветов (если, конечно, с глазами всё в порядке). Но зато понятно, как можно выучить название какого-то нового оттенка и научиться его узнавать.

http://www.chaskor.ru/p.php?id=1195 — интервью с де Сото про кризис, золотой стандарт и банковское дело со 100% резервированием (взято conceptualist'ом).

А тем временем итальянская мафия, заработав за последний год 70 млрд. евро, расширяет кредитование мелкого бизнеса:

Газета Financial Times пишет, что, по данным ассоциации владельцев магазинов Confesercenti, 180 000 мелких компаний обратились к гангстерам-ростовщикам, частично из-за того, что кредитный кризис сказался на банковском кредитовании.

Некоторые новости выглядят забавно, потому что мы тут, в России, в общем-то, и сами давно догадывались, но не ожидали, что у этого дела итальянские корни:

Недавно обвинители сообщили Financial Times, что Европа всерьез недооценивает географическое распространение влияния мафии, которое расширилось до российской торговли нефтью и банков.

А некоторые фрагменты статьи с минимальными исправлениями можно хоть сразу вешать на mises.org:

«Экономический кризис сделал мафиюправительство еще более опасным», - признает Марко Вентури (Marco Venturi), председатель ассоциации.
...
В отчете подчеркиваются недавние опасения борцов с мафиейгосударством по поводу того, что криминальные бандычиновники расширяют свою деятельность и входят в такие сферы, как торговля, туризм, ресторанный бизнес, строительство, отработка мусора и здравоохранение.
...
«МафияПравительство воспользуется слабостью и неопределенностью в экономике, чтобы усилить свои позиции. Необходимы решительные действия», — говорит Вентури.

В первых главах своей книги Хесус Уэрта де Сото рассказывает о том, что исторически вклады до востребования и срочные безотзывные вклады были принципиально разными видами вкладов. Отличались они и по сути, и по правовой природе. Срочный вклад — это фактически займ банку. Он означает, что вкладчик отказывается от потребления настоящих благ, передавая эту возможность заёмщику (банку). Такой вклад всегда оформляется на определённый срок и подразумевает выплату процента — компенсацию вкладчику за воздержание от потребления.

Вклад до востребования же по сути является договором иррегулярной поклажи (такое вот смешное слово). Регулярная поклажа — это как в камере хранения: сдаю вещи, плачу комиссию за хранения, забираю именно их же когда захочу. Иррегулярная поклажа — это нечто похожее, но она актуальна для хранения однородных взаимозаменяемых предметов: зерна, нефти, золотых монет, банкнот и т.д. Клиенту неважно, получит ли он точно те же товары, важно, чтобы они были такие же и в том же количестве. Благодаря этому хозяин склада может сократить издержки на хранение, перемещение и может застраховаться от потерь.

В этом случае обязательством кладовщика — или, в случае денег, банкира — является хранение оговоренного количества вещей в немедленной доступности для клиента. В отличие от договора займа, договор иррегулярной поклажи не требует указания срока хранения, не подразумевает выплаты процентов (скорее наоборот — вкладчик оплачивает услуги хранения) и не означает отказа вкладчиком от потребления настоящих благ — поскольку вклад всегда доступен ему для использования.

( как возникла банковская система с частичным резервированием )

Мне вот интересно, действительно ли вкладчики и банкиры настолько по-разному воспринимают вклады до востребования? Наверняка ведь очень многие имеют представление, что в наше время практически ни один банк не держит 100% резервов (формальные требования по минимальным резервам зачастую составляют лишь несколько процентов) и, в отсутствие внешней помощи, неизбежно рухнет в случае массового набега вкладчиков. То есть тут всегда есть элемент азартной игры — ставка на то, что этот банк «крепче» других, что в случае чего именно этому банку государство поможет, что сейчас «тихие» времена, в случае чего успею забрать деньги и т.д.

Действительно ли люди одновременно понимают, что их вклады идут на (потенциально) рискованные инвестиции, и при этом не сомневаются в своём праве получить вклад даже если банк обанкротится? Интересно, есть ли исследования на эту тему — что, собственно, в головах у людей.

* * *

Был сегодня на лекции автора книги в ВШЭ, спасибо alex_k за наводку. Она совершенно ужасно переводилась на русский язык. Перевод был последовательный (т.е. всё время прерывал докладчика), очень медленный и очень неточный. «Legal tender» превратилось в «системы тендеров», «money supply» в «деньги, которые поступают в банки», «национализация частных денег, золота» в «национализацию частных банков» и т.д. Думаю, для тех, кто не знает английского, доклад выглядел откровенной галиматьёй :-)

В итоге де Сото едва успел рассказать половину того, что планировал. И не успел ответить мне про то, есть ли какие-то специфически австрийские рецепты, что государство может сделать, чтобы как-то смягчить кризис, не запуская одновременно нового цикла -- в ситуации, когда роспуск ЦБ на повестке дня не стоит

dz задаёт вопросы про XP с подтекстом «как же можно без проектирования, это безответственно и непредсказуемо». Я сейчас читаю Agile Management for Software Engineering: Applying the Theory of Constraints for Business Results (via kallokain), там автор отмечает, что какую методологию ни возьми — в них всех подразумеваются известные деятельности — и проектирование, и программирование, и тестирование и т.д. Разногласия между методологиями не в наборе деятельностей, а в том, насколько они должны быть явными и как распределены во времени.

Так что если последователи XP говорят, мол, мы вообще не делаем проектирование — это некоторое лукавство. Делают, даже если только «в голове» и разбросанно по проекту. Стесняться этого слова совершенно незачем — наоборот, особенности эволюционного «проектирования» в XP во многом и являются его сильными сторонами.

Обычно я WSJ не читаю, но сейчас проходил мимо одной статьи и заметил там вставку из нескольких предложений: «The issue — The news — The bottom line» (т.е. о чём речь — в чём новость — какой вывод). Очень удобно; и почему такого обычно в газетах не делают?

Очень хорошо (как, впрочем, и всегда в заметках автора на rb.ru) о правах и об Олимпиаде:

Конституция РФ [провозглашает:] «человек, его права и свободы являются высшей ценностью», а «признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина — обязанность государства». Высшая ценность — это очень определенное понятие, оно подразумевает, что права не могут быть принесены в жертву каким-либо иным, неправовым притязаниям или интересам. Очевидно, за проведением Олимпиады правовых притязаний не стоит, «права на проведение Олимпиады» как такового не существует. Получается, государство нарушает собственные законы: жертвует высшей государственной ценностью в пользу того, что такой ценностью не является.

Строго говоря, неправовых законов и неправовой деятельности вообще очень много, например — то же налогообложение, особенно с целью перераспределения. Последовательные сторонники правового государства не должны считать, что нужда одних — допустимый повод нарушать права других. (Или, по крайней мере, должны выступать против законодательного закрепления такого принципа — допуская, что отдельные робингуды могут оправдываться судом в исключительных ситуациях.) Это не самая популярная точка зрения: многие люди предпочтут посмотреть, что происходит на границе и сочтут, что мораль допускает некоторые пределы, в которых допустимо «немножко» нарушить права, если это «заметно» поможет страждущим. Но уж в случае же с Олимпиадой говорить о чьей-то нужде, оправдывающей-де нарушение прав, вовсе неуместно.

Бывают два вида любви к еде. Первый — это когда некоторая еда нравится настолько, что, по большому счёту, не так уж важно, как грамотно и из насколько изысканных продуктов она изготовлена. Не потому, что «испортить невозможно» — ещё как возможно. А потому, что, например, чай всегда заведомо лучше простой воды (если, конечно, он не из гуашевых пакетиков, но тогда это уже и не чай). С некоторым колебанием к этой категории можно отнести сыр. Хороший сыр может быть несопоставимо вкуснее сыра так себе, но всё равно это всё сыр. Второй вид — это когда некоторая еда нравится настолько, что лучше вообще не есть, чем есть её не очень вкусно приготовленную. Очевидный пример — кофе. Также к этой категории относятся шоколад, рыба.

Так вот, консервирование — это просто один из способов безвозвратно испортить помидоры.

Многих впечатлило высказывание из известного интервью:

В условиях начавшегося шантажа у компании связаны руки. [...] Никакое решение – даже самое правильное – не должно приниматься под давлением.

Вроде бы уже все привыкли к тому, что у СУПа бездарный PR, а отдельные сотрудники то ли некомпетентны, то ли забывчивы, то ли дурно воспитаны, то ли всё вместе. При общем количестве сказанных и сделанных глупостей эта фраза, вроде бы, погоды не делает. Но слишком уж она выделяется тем, как вопиюще в ней противопоставляется бизнес и его клиенты. «Никогда в истории какого бы то ни было успешного предприятия успех не достигался путем покорения агрессивной недружественной воле» — это же по сути антитеррористическая риторика.

marchenk в интересном обзорном посте обо всей этой истории пишет: «ситуация знаковая и прецедентная: когда Антон Носик объявляет, что „в условиях начавшегося шантажа у компании связаны руки“ и говорит, что переиграть решение невозможно, поскольку нельзя „показывать слабость“ и идти на поводу у потребителей...; так никогда не скажет предприниматель, так говорят либо монополисты, либо - диктаторы; типичная реакция на конфликт у постсоветских институций (будь-то государственных или коммерческих) - игра в то, кто кого „перебыкует“».

Может быть и так, но у меня есть подозрение, что здесь могло сказаться специфическое мировоззрение Антона Носика в отношении рекламы. Несколько месяцев назад он написал пост «Про пиратство», в котором, среди прочего, объяснял, что те, кто режут баннеры на сайтах — по сути занимаются воровством. См. http://dolboeb.livejournal.com/1067860.html?thread=38486100#t38486100 — «Кто должен платить за Ваш доступ к ресурсу, за траффик, дисковое пространство, администрирование? [...] Это и есть воровство - заставлять других платить за своё удовольствие». У нас даже получился небольшой диалог, правда, безрезультатный.

Логично, что при таком подходе те, кто «агрессивно» возмущается запретом на новые базовые аккаунты — просто-таки разбойники. И нормы общения с теми, кто симпатизирует таким аморальным личностям, естественно, снижаются.

Наконец дочитал лекцию Олега Хархордина про республиканскую традицию (неужели она кому-то может показаться длинной и скучной? ;-)), спасибо razielglo за ссылку. Она отчасти перекликается со статьей из plato, отчасти добавляет новых мыслей.

Про республиканское понимание свободы как не-доминирования, отсутствия произвольной власти, Олег Хархордин подсказывает русское выражение «не быть в чьей-то воле». Воля, произвол — это слова про одно и то же, здесь они в некотором смысле противопоставляются понятию свободы (в духе Четвернина: «В российском массовом сознании свобода традиционно понимается как воля – анархия, отсутствие внешних ограничений, „озорничество“, но не как правовая свобода, не как формально равная возможность выбора в рамках общих для всех правил»). Указывает на русские республиканские модели — Новгород: «на всей воле новгородской» / «а вам в своеволье не быти».

Насчёт гражданских добродетелей Хархордин подчеркивает, что они не являются основой республиканства. Т.е. республиканство не предполагает, что властители будут альтруистично ставить общее благо выше собственного, а вместо этого предлагает заключить их в некоторые институциональные рамки. Политику предлагается оформить в виде «игры», которая позволяет амбициозным людям реализовывать себя, свои собственные интересы — и при этом прославиться. При этом в ней должны быть предусмотрены сдержки и противовесы, ограничивающие злоупотребления властью. Зачем играть именно в эту игру, когда есть другие способы самореализации? В Древнем Риме людям хотелось быть бессмертными подобно богам. Но доблестью в частных делах бессмертия не достигнешь, нужна другая арена — для этого надо вовлекаться в res publica, публичное дело: «Семья и друзья безусловно важны, но есть только один вид сообщества, способный порождать истории, которые фиксируют дела наиболее отличившихся людей. Это — res publica. Другие уровни сообщества просто неспособны это делать».

Интересны вопросы открытости игры для новых участников. Хархордин несколько раз говорит о том, что республиканство предполагает власть для тех, «кому не всё равно», для людей с активной гражданской позицией. Подразумевается некоторое ограничение круга потенциальных начальников, но при этом должны быть институциализованные каналы, по которым можно в этот круг попасть (отсутствие таких каналов — это-де одна из проблем путинской России). Он приводит всякие интересные примеры про то, что в республиканской традиции очень важны механизмы многоэтапной жеребьёвки и ротации должностей — они обеспечивают равенство лучше, чем демократические выборы. То, что всё это навевает мысли об олигархии — не случайно: «Именно из-за очевидных олигархических характеристик либеральные аргументы против классических республик были так сильны. И надеждой на то, что подобной олигархизации республик можно избежать, движутся исследования последних 20 лет». (Между прочим, избирательные цензы это довольно популярная тема на полит.ру: мол, такой ценз был бы кстати, но перспектив его внедрить нет, так что не задерживаемся, продолжаем обсуждение.)

Кстати, этимологическое про «начальника»: это тот, кто начинает. Пойдут за ним или нет, во что потом превратится его идея, и что в итоге получится — неизвестно, будущее неопределённо. Но ему может достаться слава за то, что он начал.

В лекции много ссылок на книги, надо будет их оттуда выудить, чтобы не забыть.

http://plato.stanford.edu/entries/republicanism/

Изначально это должен был быть краткий пересказ статьи для quite_delicious, но получилось длинно, поэтому выкладываю сюда.

Есть две большие ветви республиканства: «классическое» (про гражданские добродетели и участие в политической жизни, опасность коррупции, преимущества mixed constitution (как это по-русски?) и верховенство права/закона) и современное (civic republicanism, neo-republicanism), в котором на передний план выдвигается политическая свобода (political liberty), понимаемая как не-доминирование или независимость от произвольной власти (arbitrary power). Статья — про второе.

( Read more... )

Часто писать в этот журнал не получается; я ещё подумаю, что с этим можно сделать. Фотографии во flickr тоже заношу редко. Писать всякую ерунду в twitter, всё-таки, не очень интересно. Стабильнее всего мне удаётся вести коллекцию закладок в del.icio.us.

Закладок там много, и не все они одинаково интересные. Но про некоторые хочется сказать больше, чем пару строк. Поэтому я завёл журнал quite_delicious, в который буду выкладывать относительно интересные ссылки за, скажем, неделю, с небольшими комментариями. Темы пока не ограничиваю — а там посмотрим.

(Кстати, v_novikov умудрился обнаружить этот новый журнал чуть ли ни в день его создания :-) Должно быть, по упоминанию в нём либертарианства. А я на днях написал пару комментариев, почему не очень люблю это слово: у avva и у rejas.)

Давно мечтал о такой штуке: поисковик, который ищет музыку по нотам — http://www.musipedia.org/

Можно задать фрагмент нотами, можно настучать ритм, можно описать контур мелодии, а можно даже насвистеть.

Со свистом и ритмом я особого успеха не добился, ноты оно ищет нормально (там прямо клавиатура есть), а больше всего мне понравилось искать по контуру. Он задаётся в т.н. коде Парсона, когда каждая пара соседних нот обозначается буквами U, D или R — если вторая нота выше, ниже, или на той же частоте, соответственно.

Бах (duduuduududuuduuddd, uuuuduuduuuuduuduuuuduu), Моцарт (drudrudrurddrddrdd), Григ (uuuududdudduduuuuduuddduu) ищутся легко. С Джоплиными и Шопенами, конечно, сложнее, но если подобрать что-то попроще, то тоже находятся: uuududuruuuduuudud, uududdrrrudddud.

Хвастаются, что обыскивают 6.5 миллионов нот из 96 тысяч MIDI-файлов по всей сети. В их собственной коллекции больше 30 тысяч мелодий (в т.ч. 17 тысяч folk songs и 11 тысяч классика).

(via rafo)

Во время археологических раскопок был найден исторический документ с двумя замечательными исправлениями:

Вспомнилось недавнее замечание girshon’а. Про то, что по-русски make decision («делать решение») звучит как «принимать решение». В русском варианте акцент на том, что решение уже есть и надо лишь проявить отвагу-и-самообладание и принять его. В английском же акцент на том, что решение надо создавать.

Консенсус это когда все примерно одинаково недовольны. Такое решение найти, в принципе, несложно. Rough consensus, грубый консенсус — когда некоторые недовольны меньше других, но и мнение более недовольных тоже учтено — и они это понимают. В некоторых случаях это важно.

* * *

Кстати, мои представления о давности или недавности событий почти не связаны собственно со временем. Если ещё не всё понято и обдумано — то недавнее.

* * *

На одном тренинге обратил внимание. Насколько легко мне ответить на вопрос зависит от того, кем я себя при этом воспринимаю. Если ощущаю себя в роли студента — могу полностью растеряться. Если ощущаю себя в роли преподавателя, объясняющего — отвечаю без проблем. На один и тот же вопрос. (Бывают и другие роли.)

* * *

Иногда, когда встречаются (а) непонятные или (б) длинные тексты, куда интереснее понять, что у автора в голове, чем то, о чём, собственно, написано. Если я у себя в голове построю те же структуры, ту же онтологию, то смогу при необходимости и сам придумать, про что текст. (Это отчасти из-за http://urbansheep.livejournal.com/1573421.html) В случае (а) я при этом чему-то научусь, и может быть даже увижу то, чего не написано в этом тексте (http://bbb.livejournal.com/1721418.html).

Ещё длинные тексты бывают от склонности к словоблудию и вообще от каши в голове.

* * *

Вообще, одно знание, что такое рефлексия второго порядка (когда мы думаем не о том, что делаем, а о том, как мы думаем о том, что делаем), сильно меняет восприятие реальности.

* * *

Злоупотребляемое мною словосочетание (почти лозунг) «отвага и самообладание» пришло из занятий скалолазанием. Между прочим, нормальных скалодромов в Москве практически нет. Те, что есть, хороши по-своему, но почти всюду какие-то беды. Или переполнены, или неудобно расположены, или сервис плохой. Столько возможностей упускается.

Omniglot — writing systems and languages of the world

Много очень красивых и очень непонятных букв, например, таких:

Не знаю, про что этот фрагмент; если там чего-то недостойное — не обижайтесь :)

(via hinkes)

Мы в очередной раз сошли с ума — и оборудовали офис доской для тренировки пальцев:

Хорошие фотографии с наших походов на настоящие скалодромы есть на сайте у maxcom’а: http://maxcom.pp.ru/climbing/

— Странные люди вы, русские, — продолжал он, не отвечая на мой вопрос. — Заметив, что вам нравится женщина, вы три года копаетесь у себя в душе, размышляете, любите ли вы ее или нет, затем три года колеблетесь, сообщить ли ей об этом и как это сделать наилучшим образом... Потом наступает пора жениховства, которую вы стараетесь растянуть на возможно более долгий срок... Когда же вы наконец становитесь мужем и женой, оказывается, что у вас обоих любовь давным-давно выветрилась и что вы опоздали на добрый десяток лет!

(Бенедикт Лившиц, «Полутораглазый стрелец»)