Sergei Vavinov (svv) wrote,
Sergei Vavinov
svv

Вещные и обязательственные права в древнем Риме

belan пишет: «Обмен титулами собственности всегда был частным случаем договора».

Это напомнило мне про интересную особенность права в древнем Риме, про то, как там различались вещные права (в первую очередь право собственности) и обязательственные права. Для сделок с собственностью издавна существовали те или иные устоявшиеся юридически признанные формы передачи (типа mancipatio — передача «в руки», при свидетелях, ударяя кусочком меди или монетой по весам). А вот обязательственное право долгое время было в очень недоразвитом состоянии. То есть, была некоторая возможность купить или продать что-то, но заключить об этом юридически значимый договор было намного сложнее.

Из «Истории Римского права» Покровского:

Различие между вещным и обязательственным правом ярче всего выступает в тех случаях, когда предметом обязательства является также какая-нибудь определенная вещь: например, я продал вам такую-то лошадь. Договор продажи сам по себе еще не дает покупщику вещного права собственности, а лишь создает в его лице обязательственное право требовать от продавца передачи вещи. Если, несмотря на это, продавец продает ту же вещь другому лицу и передаст ее ему, то первый покупщик будет иметь право требовать от продавца возмещения своих убытков от неисполнения договора; на самую же вещь он никаких прав не имеет, ибо вещного права, непосредственной юридической связи с нею, простой обязательственный договор не устанавливает: он связывает лицо с лицом, но не лицо с вещью. Для установления этой последней — вещно-правовой — связи необходим особый акт передачи (traditio).
В некоторых ситуациях обязательственное право вытекало не из договоров, а из деликтов (т.е. как возмещение ущерба). А в ряде случаев вообще не было правовых способов добиться выполнения обязательств — но невыполнивший объявлялся infamis, бесчестным, и это ограничивало его возможности в будущем оспаривать сделки в суде. Т.е. могли возникать вполне реальные проблемы, как юридически разрешать ситуацию «заплатил продавцу, а тот не поставил товар». Понимание договора купли-продажи как нетривиального двустороннего обязательства возникло отдельно и позже.

Вот ещё фрагмент из той же книги:

Древнее других, несомненно, сделки мены: обмен вещи на вещь, позже — вещи на деньги. Но этот обмен совершался путем непосредственной передачи вещей из рук в руки и никаких обязательств между сторонами не создавал: нет никаких обязательств до передачи — простое обещание обменяться еще обязательного значения не имеет; нет никаких обязательств и после передачи — с актом передачи всякие отношения между сторонами окончены. Обязательственный элемент обмена всецело поглощается в вещно-правовом акте передачи вещи.

Такою являлась в древности и известная нам mancipatio. По самому своему существу она была первоначально одновременной передачей вещи и металла, и лишь введение чеканенной монеты несколько изменило ее роль. Но и в законах XII таблиц вся купля-продажа исчерпывается в момент mancipatio: до нее нет никакого обязательства между сторонами; после нее есть для продавца только ответственность за auctoritas, но эта ответственность — in duplum[715] — основывается не на идее договора, а на идее деликта — как вид furtum nec manifestum.

Мы видели выше, что уже в эпоху законов XII таблиц (или немного спустя) mancipatio могла быть употреблена и в целях fiducia: вещь передавалась в собственность другому лицу, но с возложением на него обязанности вернуть ее манципанту при наступлении известных условий [...] Но мы знаем, что неисполнение этих обязанностей не навлекало на него еще никакой юридической, исковой ответственности: как лицо, нарушившее fides, получатель вещи делался только infamis.

И про двусторонние договоры купли-продажи:
Как известно, в древнейшую эпоху купля-продажа совершалась посредством mancipatio, которая являлась общей необходимой формой для всех вещей. [...] Но во всех случаях обязательство поглощалось вещным актом передачи права собственности; простой договор о продаже не имел никакого значения.

Каким образом получила признание простая консенсуальная купля-продажа — вопрос спорный [...] Наиболее вероятной, однако, кажется гипотеза [...] чтобы придать обязательную силу самому соглашению о продаже, стороны облекали первоначально свои обещания в две встречные stipulationes [stipulatio это одна форма одностороннего обязательства —svv]: продавец обещал передать вещь (rem dare), а покупщик — уплатить цену. [...] Но такой порядок не мог дать полного удовлетворения потребностям оборота, главным орудием которого является купля-продажа. Не говоря уже о формальности stipulatio, которая исключала возможность заключения договора на расстоянии (inter absentes), две самостоятельные stipulationes не могли передать двухстороннюю (синаллагматическую) природу купли-продажи, при которой обязательство одной стороны связано, обусловлено обязанностью другой [...]

[...] Римское право, однако, не сразу усвоило этот принцип и не провело его до конца.

Здесь везде говорится о собственности, а не о титулах собственности, но я не уверен, что это различие тут существенно. Ведь та же mancipatio использовалась для передачи не только движимого имущества, но и, скажем земель, которые иначе как в смысле титула и не передашь. Если некто не хотел выселяться с уже чужой земли, эта проблема решалась (позже) через понятие владения, possessio, но обязательственное право тут было, опять же, не при чём.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments
Если эта тема интересна, то нужно обратиться к специалистам по инфраструктуре (депозитариям и регистраторам) рынка ценных бумаг, там длинная история была (и вяло продолжается) про опору российского рынка ценных бумаг на вещное право или обязательственное (например, должен ли быть материальный бумажный "генеральный сертификат", представляющий материально весь выпуск бумаг и лежащий где-то в сейфе, или это фикция и можно стартовать всю юридическую цепочку прямо с "записей на счетах").

В той давней дискуссии пришли к следующему выводу: правильней, конечно, опираться на обязательственное право -- но механизмы этого права пока не слишком разработаны, теории и практики маловато. А вещное право ужасно кривое получается для ценных бумаг (все эти "титулы собственности" явно нематериальны, а передаются!), но зато механизмы хорошо прописаны, и юридическая защита кривых механизмов в судах будет более прямолинейной и определенной, т.е. собственник бумаг будет более защищен, хотя права его будут определены более криво. А вот более прямо определенные его права будут более криво защищены -- если пойдем по обязательственному праву.

Общий консенсус был таков, что ежели бы было время посадить десяток юристов на годик поработать, и была бы возможность воткнуть десяток статей в Гражданский Кодекс (а не только в Закон о рынке ценных бумаг), то нужно было бы пойти по обязательственной линии. А в итоге поелозили-поелозили в ту сторону (благодаря гениальному дядьке Сокину, все время на это указывавшему), но потом опять соскочили в кривую, но привычную и "хорошо защищенную" вещность.

Ценные бумаги хороший объект для таких анализов (особенно в их безбумажном варианте, с использованием учетных систем в качестве формы существования).
Спасибо, интересно.

Собственно, я и на эту книгу вышел не случайно, а в попытках разобраться с темой частичного резервирования, которая в общем тоже про это :-)
С Днем Рождения!
Спасибо :-)
до 120-ти!
Обязательно! ;-)