Sergei Vavinov’s Journal

Out of the Tar Pit, FRP

Fri, 18 Sep 2009 22:39:18 GMT

(про программирование)

Недавно в рассылке clojure один человек задал вопрос, как лучше моделировать data associations. Мол, так пробовал, эдак пробовал — всё неудобно, научите меня, гуру, как это по-правильному, по-функциональному. На что функциональные гуру ему ответили: о-о, брат, это ты ему столкнулся с так называемой real world problem ;-)

Потом, впрочем, дали ссылку на интересную статью «Out of the Tar Pit», про functional relational programming (see also http://lambda-the-ultimate.org/node/1446), с несколько неожиданным вниманием к реляционности (привет, Vietnam of computer science). Статья длинная, поэтому я её на всякий случай законспектировал.

Начинается всё про борьбу со сложностью в ПО. Основные проблемы: state и control. Автор рассматривает три подхода: объектно-ориентированное, функциональное и логическое программирование, у них получаются разные implications для этих двух проблем, со своими понятными проблемами (OO инкапсулирует state, control произвольно размазывается, ФП отвергает state, ЛП отвергает control, но в реальности приходится идти на компромисс (прологовский cut) и т.д.).

Далее он разделяет сложность на essential (inherently присутствующую в решаемой проблеме, как она видна для пользователя) и accidental (которая возникает из-за ограничений используемой среды или из-за всяких там оптимизаций). E.g., если мы делаем кеширование, получается акцидентный state, а если императивно оптимизируем какую-то выборку или преобразование, где формально достаточно декларативного выражения, то это акцидентный control. Теоретически всё может работать без таких акцидентных артефактов, просто это, возможно, будет слишком медленно работать.

Большая часть сложности, если посмотреть внимательно — не содержательная (essential), а акцидентная. Полностью от акцидентной сложности избавиться невозможно даже в идеальной среде, но можно использовать тактику separate/avoid.

Первый план архитектуры, которую он предлагает, такой (картинка на стр. 35). Делим систему на три части: (1) accidental logic/state, (2) essential logic («business logic», if you will), (3) essential state. Зависимости: (1) → (3), (2) → (3). Т.е. изменение (3) потребует изменения и (1) и (2), а изменение (1) других изменений не влечёт.

Потом автор рассказывает, какая замечательная штука реляционная модель — тамошняя структура допускает любые access paths (в отличие от XML или OO), для малипуняций есть реляционная алгебра, туда можно легко добавлять ограничения, обеспечивающие integrity и она даёт абстракцию от физического хранения.

И предлагается второй план архитектуры (стр. 43).

В основе, как и раньше, лежит essential state — реляционная структура (не в смысле SQL/база, это может быть прямо в памяти, но работа с состоянием осуществляется в рамках реляционной модели). Там живёт исключительно тот essential для пользователя state, ничего производного.
Essential logic состоит из двух частей: pure functions и реляционная логика. К последней относятся определения derived relations (т.е. «views», а base relations живут в essential state) и integrity constraints. Никакая оптимизация здесь недопустима, с одной стороны, потому что это суть подхода separate/avoid [complexity] (она будет в другой части системы), а с другой — потому что на этом уровне абстракции мы ничего не знаем о том, как и где что будет храниться, поэтому и оптимизировать ничего не можем.
Accidental logic/state — это декларативные «hints», при помощи которых инфраструктура, на которой вся эта система работает, будет обеспечивать настройку их работы. Например, можно потребовать кешировать или индексировать какую-то функцию (они pure), или индексировать какие-то данные, или добавить императивности в помощь вычислению логического выражения. Здесь же будет описано отображение state на физическое хранилище, если это нужно.
Последний компонент — это feeders/observers для взаимодействия со внешними системами. Feeders умеют модифицировать essential state, а observers отслеживать изменения в essential и derived state.

В конце даже приводится небольшой пример системы и того, что идёт в какие из четырёх частей.

Всё это называется Functional Relational Programming. Автор признаёт, что это все теоретизирование, на практике не испытано (хотя они и написали инфраструктуру в полторы тыщи строк на Scheme) (впрочем, статья 2006 года) (правда, с тех пор никаких новостей), но зато все базовые идеи известные и проверенные временем.

Об азбучных истинах

Mon, 24 Aug 2009 12:07:37 GMT

Навеяло прослушиванием интервью с разными экономистами ("пришла пора отбросить старые и т.д. и разработать отвечающие вызовам нового и т.п.") и чтением дискуссий типа http://akteon.livejournal.com/83532.html?thread=2950220#t2950220

Интересная вещь у этих [мейнстримовских] экономистов с «учебниками». В обычных дисциплинах слова «да это в любом учебнике написано» обозначают прописные истины, то, с чем никто не спорит, и что любой, связанный с этой дисциплиной, безусловно должен знать и с чем соглашаться. В современной же экономической науке базовые учебники заполняются, среди прочего, огромным количеством ерунды — всякие упрощённые модели, которые мало что отражают в реальном мире, но приводятся «для иллюстрации» (и которые в последующих курсах, конечно, будут уточняться и усложняться, снабжаясь дополнительными формулами). В результате отсылка к азбучным истинам «из учебника» не помогает нащупывать общую почву, а, наоборот, воспринимается как непрофессионализм. Мол, что вы мне в букварь тыкаете, не понимаете, что ли, что там неправду для детей пишут.

О лоббировании

Thu, 23 Jul 2009 16:53:51 GMT

http://bfm.ru/news/2009/07/23/skajp.html

«Большая тройка» сотовых операторов предлагает ограничить действие IP-телефонии в РФ. Они объясняют это тем, что голосовая связь неподконтрольна для прослушивания силовиками. Но истинная причина — борьба за деньги IP-телефонии.

Чудесная эволюция тоталитаризма: мол, они объясняют это необходимостью прослушивания, но мы-то знаем, что дело в деньгах.

В классическом случае они бы говорили про anticompetitive behaviour, market failure или ещё какую-то ерунду, из которой бы вытекала необходимость немедленно зарегулировать — а мы бы про себя думали: ага, ФАПСИ разбушевалось.

А тут всё наоборот: прослушивание силовиками — это не стыдливо скрываемая истинная причина, а, наоборот, уважительное и легитимное оправдание. Более приемлемая, чем частное лоббирование.

О моделях

Sun, 25 Jan 2009 19:11:46 GMT

Фрагмент о поворотной точке в экономической науке в середине прошлого века, из статьи Peter Boettke «Where did economics go wrong? Modern economics as a flight from reality» (стр. 9):

Модели стала отводиться ключевая роль независимо от того, использовалась ли она меньшинством, полагавшим, что рыночная экономика аппроксимировала модель, или большинством, полагавшим, что капитализм отклонялся от модели достаточно серьёзно, чтобы оправдать значительное государственное вмешательство. В обоих случаях формализм вёл к утопизму. Либо (в глазах меньшинства) реальность идеализировалась так, чтобы приближаться к модели; либо (в глазах большинства) реальность становилась дистопией, лишённой свойств динамической адаптации, а утопические свойства небрежно приписывались интервеницям, нацеленным на то, чтобы привести реальность в соответствие с моделью. В обеих разновидностях формализма отсутствовало признание любых вариантов кроме «всё — или ничего». Либо реальный мир являл собой пример статического равновесия, либо не мог достичь этого состояния без толчка со стороны государства. Промежуточные варианты, представленные реальными институтами приспособления к неравновесию [real-world institutions of adjustment to disequilibrium], выпали из поля зрения, потому что в модели было только равновесие.

Т.е., интересная получается картина: придумали некоторую модель, затем разделились на две группы. Первая говорит, что модель хорошо описывает реальность, вторая говорит, что реальность надо подталкивать к модели. При том, что сама модель не годилась для описания ни действительного, ни желаемого положения вещей.

О частичном резервировании и прочей порнографии

Mon, 12 Jan 2009 23:19:09 GMT

Всё никак не соберусь написать про то, что я узнал, дочитав книгу де Сото. Тем временем написал несколько комментариев по теме у inadia:

коротко о том, почему проблемы с частичным резервированием есть не только в случае заведомого мошенничества;
в целом о связи частичного резервирования и деловых циклов;
фрагмент из книги, семь возможных юридических характеристик договоров банковского вклада с частичным резервированием.

* * *

Уже все, наверное, слышали про то, что американская порноиндустрия попросила у конгресса $5 миллиардов на преодоление кризиса. В одной «австрийской» рассылке участников немедленно предупредили:

The first person to say anything about a porn industry bailout having an effect on the size, shape, or elasticity of any curve will be censored by the list-mgr.

Абсолютный слух

Mon, 24 Nov 2008 23:24:52 GMT

Вот интересно, можно ли развить у себя абсолютный музыкальный слух? Относительный слух у меня есть — если мне назвучать тонику, то могу напеть или распознать остальные ноты в тональности. Подбираю со слуха нормально, если модуляции не совсем запутанные. Как его дальше развивать — понятно. А интересно именно абсолютный слух, чтобы по звуку сразу тон определять.

В википедии что-то неопределённое написано, но общий вывод довольно скептический — если с детства не подвергался специальному музыкальному воздействию, то потом если и получится, то уже не то:

It has been shown possible to learn the naming of tones later in life, although some consider this skill not to be true absolute pitch. Although it has been shown possible to learn to identify pitches, keys, and everyday sounds later in life, no training method for adults has yet been shown to produce abilities comparable to naturally occurring absolute pitch.

Понравилось сравнение (там же): способность распознавать тона — это как способность распознавать цвета. Люди ведь как-то обучаются узнавать, что вот этот цвет — синий, а тот — зелёный; со звуком должно быть аналогично. Правда, опять же, обучаются этому ещё в детстве. Совершенно невозможно представить себе, как во взрослом возрасте можно не знать названий основных цветов (если, конечно, с глазами всё в порядке). Но зато понятно, как можно выучить название какого-то нового оттенка и научиться его узнавать.

Интервью с де Сото

Thu, 20 Nov 2008 09:30:18 GMT

http://www.chaskor.ru/p.php?id=1195 — интервью с де Сото про кризис, золотой стандарт и банковское дело со 100% резервированием (взято conceptualist'ом).

План Корлеоне

Thu, 13 Nov 2008 22:54:28 GMT

А тем временем итальянская мафия, заработав за последний год 70 млрд. евро, расширяет кредитование мелкого бизнеса:

Газета Financial Times пишет, что, по данным ассоциации владельцев магазинов Confesercenti, 180 000 мелких компаний обратились к гангстерам-ростовщикам, частично из-за того, что кредитный кризис сказался на банковском кредитовании.

Некоторые новости выглядят забавно, потому что мы тут, в России, в общем-то, и сами давно догадывались, но не ожидали, что у этого дела итальянские корни:

Недавно обвинители сообщили Financial Times, что Европа всерьез недооценивает географическое распространение влияния мафии, которое расширилось до российской торговли нефтью и банков.

А некоторые фрагменты статьи с минимальными исправлениями можно хоть сразу вешать на mises.org:

«Экономический кризис сделал ~~мафию~~правительство еще более опасным», - признает Марко Вентури (Marco Venturi), председатель ассоциации.
...
В отчете подчеркиваются недавние опасения борцов с ~~мафией~~государством по поводу того, что ~~криминальные банды~~чиновники расширяют свою деятельность и входят в такие сферы, как торговля, туризм, ресторанный бизнес, строительство, отработка мусора и здравоохранение.
...
«~~Мафия~~Правительство воспользуется слабостью и неопределенностью в экономике, чтобы усилить свои позиции. Необходимы решительные действия», — говорит Вентури.

Jesús Huerta de Soto

Thu, 30 Oct 2008 23:31:40 GMT

В первых главах своей книги Хесус Уэрта де Сото рассказывает о том, что исторически вклады до востребования и срочные безотзывные вклады были принципиально разными видами вкладов. Отличались они и по сути, и по правовой природе. Срочный вклад — это фактически займ банку. Он означает, что вкладчик отказывается от потребления настоящих благ, передавая эту возможность заёмщику (банку). Такой вклад всегда оформляется на определённый срок и подразумевает выплату процента — компенсацию вкладчику за воздержание от потребления.

Вклад до востребования же по сути является договором иррегулярной поклажи (такое вот смешное слово). Регулярная поклажа — это как в камере хранения: сдаю вещи, плачу комиссию за хранения, забираю именно их же когда захочу. Иррегулярная поклажа — это нечто похожее, но она актуальна для хранения однородных взаимозаменяемых предметов: зерна, нефти, золотых монет, банкнот и т.д. Клиенту неважно, получит ли он точно те же товары, важно, чтобы они были такие же и в том же количестве. Благодаря этому хозяин склада может сократить издержки на хранение, перемещение и может застраховаться от потерь.

В этом случае обязательством кладовщика — или, в случае денег, банкира — является хранение оговоренного количества вещей в немедленной доступности для клиента. В отличие от договора займа, договор иррегулярной поклажи не требует указания срока хранения, не подразумевает выплаты процентов (скорее наоборот — вкладчик оплачивает услуги хранения) и не означает отказа вкладчиком от потребления настоящих благ — поскольку вклад всегда доступен ему для использования.

Использование банкиром полученных на хранение (а не в качестве займа) средств для своих целей исторически считалось жульничеством, ведь чтобы гарантировать доступность денег всем вкладчикам необходимо всегда поддерживать 100% запасов. Де Сото приводит несколько объяснений, почему стёрлась грань между вкладами до востребования и срочными безотзывными вкладами.

Во-первых, конечно, сыграла свою роль жадность банкиров (или, ранее, ювелиров, принимавших на хранение золото и пр.): обычно вкладчики не приходят за своими вкладами все сразу, почему бы не пустить часть их собственности в дело? Банкиры понимали, что дело это подсудное, но жадность брала верх.

Во-вторых, в средние века некоторые религии запрещали давать в долг под процент, и в обход этого придумывались юридические хитрости. Банкир берёт деньги будто бы на хранение, а затем якобы не может вернуть их по первому требованию и платит за это «штраф» — завуалированный процент. В идее процента нет ничего плохого, это просто отражение временных предпочтений контаргентов — но эти серые схемы здорово запутали историю вопроса.

В-третьих, даже если банкир не хотел тратить чужие деньги без спроса, местные властители нередко убеждали (или даже «убеждали») их выдавать им кредит в обмен на привилегии — снятие обязательств поддерживать 100% резервы. Причём так как характер у властителей был непостоянный, некоторые банкиры предпочитали превентивно инвестировать хранимые деньги в какой-нибудь бизнес — это давало больше шансов однажды получить их назад.

Со временем такая — изначально откровенно жульническая — практика распространилась очень широко, привилегии банков (в отличие от других видов складов) держать менее чем 100% резервы узаконились. И сейчас, по де Сото, получается ситуация, что вкладчики, внося деньги на вклады до востребования, рассматривают их как деньги, которые они в любой момент могут взять и потратить — и банки, со своей стороны, тоже рассматривают их как деньги, большую часть которых они могут немедленно выдать в качестве кредитов.

Дальше по книге де Сото рассказывает, как такая система с частичным резервированием приводит к кредитной экспансии, необеспеченной добровольными сбережениями, к нарушению межвременной координации деятельности экономических агентов, к искажениям структуры капитала, ошибочным инвестициям, периодам unsustainable роста — и неизбежным рецессиям — в соответствии с австрийской теорией экономических циклов. (А до последних глав, где он предлагает практические шаги по переходу к золотому стандарту и 100% резервированию, я ещё не дочитал.)

Мне вот интересно, действительно ли вкладчики и банкиры настолько по-разному воспринимают вклады до востребования? Наверняка ведь очень многие имеют представление, что в наше время практически ни один банк не держит 100% резервов (формальные требования по минимальным резервам зачастую составляют лишь несколько процентов) и, в отсутствие внешней помощи, неизбежно рухнет в случае массового набега вкладчиков. То есть тут всегда есть элемент азартной игры — ставка на то, что этот банк «крепче» других, что в случае чего именно этому банку государство поможет, что сейчас «тихие» времена, в случае чего успею забрать деньги и т.д.

Действительно ли люди одновременно понимают, что их вклады идут на (потенциально) рискованные инвестиции, и при этом не сомневаются в своём праве получить вклад даже если банк обанкротится? Интересно, есть ли исследования на эту тему — что, собственно, в головах у людей.

* * *

Был сегодня на лекции автора книги в ВШЭ, спасибо alex_k за наводку. Она совершенно ужасно переводилась на русский язык. Перевод был последовательный (т.е. всё время прерывал докладчика), очень медленный и очень неточный. «Legal tender» превратилось в «системы тендеров», «money supply» в «деньги, которые поступают в банки», «национализация частных денег, золота» в «национализацию частных банков» и т.д. Думаю, для тех, кто не знает английского, доклад выглядел откровенной галиматьёй :-)

В итоге де Сото едва успел рассказать половину того, что планировал. И не успел ответить мне про то, есть ли какие-то специфически австрийские рецепты, что государство может сделать, чтобы как-то смягчить кризис, не запуская одновременно нового цикла -- в ситуации, когда роспуск ЦБ на повестке дня не стоит

О дизайне в eXtreme programming

Fri, 11 Apr 2008 08:02:09 GMT

dz задаёт вопросы про XP с подтекстом «как же можно без проектирования, это безответственно и непредсказуемо». Я сейчас читаю Agile Management for Software Engineering: Applying the Theory of Constraints for Business Results (via kallokain), там автор отмечает, что какую методологию ни возьми — в них всех подразумеваются известные деятельности — и проектирование, и программирование, и тестирование и т.д. Разногласия между методологиями не в наборе деятельностей, а в том, насколько они должны быть явными и как распределены во времени.

Так что если последователи XP говорят, мол, мы вообще не делаем проектирование — это некоторое лукавство. Делают, даже если только «в голове» и разбросанно по проекту. Стесняться этого слова совершенно незачем — наоборот, особенности эволюционного «проектирования» в XP во многом и являются его сильными сторонами.

Thu, 10 Apr 2008 20:51:16 GMT

Обычно я WSJ не читаю, но сейчас проходил мимо одной статьи и заметил там вставку из нескольких предложений: «The issue — The news — The bottom line» (т.е. о чём речь — в чём новость — какой вывод). Очень удобно; и почему такого обычно в газетах не делают?

О правах (и Олимпиаде)

Thu, 10 Apr 2008 06:40:53 GMT

Очень хорошо (как, впрочем, и всегда в заметках автора на rb.ru) о правах и об Олимпиаде:

Конституция РФ [провозглашает:] «человек, его права и свободы являются высшей ценностью», а «признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина — обязанность государства». Высшая ценность — это очень определенное понятие, оно подразумевает, что права не могут быть принесены в жертву каким-либо иным, неправовым притязаниям или интересам. Очевидно, за проведением Олимпиады правовых притязаний не стоит, «права на проведение Олимпиады» как такового не существует. Получается, государство нарушает собственные законы: жертвует высшей государственной ценностью в пользу того, что такой ценностью не является.

Строго говоря, неправовых законов и неправовой деятельности вообще очень много, например — то же налогообложение, особенно с целью перераспределения. Последовательные сторонники правового государства не должны считать, что нужда одних — допустимый повод нарушать права других. (Или, по крайней мере, должны выступать против законодательного закрепления такого принципа — допуская, что отдельные робингуды могут оправдываться судом в исключительных ситуациях.) Это не самая популярная точка зрения: многие люди предпочтут посмотреть, что происходит на границе и сочтут, что мораль допускает некоторые пределы, в которых допустимо «немножко» нарушить права, если это «заметно» поможет страждущим. Но уж в случае же с Олимпиадой говорить о чьей-то нужде, оправдывающей-де нарушение прав, вовсе неуместно.

О любви

Mon, 31 Mar 2008 05:17:58 GMT

Бывают два вида любви к еде. Первый — это когда некоторая еда нравится настолько, что, по большому счёту, не так уж важно, как грамотно и из насколько изысканных продуктов она изготовлена. Не потому, что «испортить невозможно» — ещё как возможно. А потому, что, например, чай всегда заведомо лучше простой воды (если, конечно, он не из гуашевых пакетиков, но тогда это уже и не чай). С некоторым колебанием к этой категории можно отнести сыр. Хороший сыр может быть несопоставимо вкуснее сыра так себе, но всё равно это всё сыр. Второй вид — это когда некоторая еда нравится настолько, что лучше вообще не есть, чем есть её не очень вкусно приготовленную. Очевидный пример — кофе. Также к этой категории относятся шоколад, рыба.

Так вот, консервирование — это просто один из способов безвозвратно испортить помидоры.

О разбойниках

Thu, 20 Mar 2008 08:19:29 GMT

Многих впечатлило высказывание из известного интервью:

В условиях начавшегося шантажа у компании связаны руки. [...] Никакое решение – даже самое правильное – не должно приниматься под давлением.

Вроде бы уже все привыкли к тому, что у СУПа бездарный PR, а отдельные сотрудники то ли некомпетентны, то ли забывчивы, то ли дурно воспитаны, то ли всё вместе. При общем количестве сказанных и сделанных глупостей эта фраза, вроде бы, погоды не делает. Но слишком уж она выделяется тем, как вопиюще в ней противопоставляется бизнес и его клиенты. «Никогда в истории какого бы то ни было успешного предприятия успех не достигался путем покорения агрессивной недружественной воле» — это же по сути антитеррористическая риторика.

marchenk в интересном обзорном посте обо всей этой истории пишет: «ситуация знаковая и прецедентная: когда Антон Носик объявляет, что „в условиях начавшегося шантажа у компании связаны руки“ и говорит, что переиграть решение невозможно, поскольку нельзя „показывать слабость“ и идти на поводу у потребителей...; так никогда не скажет предприниматель, так говорят либо монополисты, либо - диктаторы; типичная реакция на конфликт у постсоветских институций (будь-то государственных или коммерческих) - игра в то, кто кого „перебыкует“».

Может быть и так, но у меня есть подозрение, что здесь могло сказаться специфическое мировоззрение Антона Носика в отношении рекламы. Несколько месяцев назад он написал пост «Про пиратство», в котором, среди прочего, объяснял, что те, кто режут баннеры на сайтах — по сути занимаются воровством. См. http://dolboeb.livejournal.com/1067860.html?thread=38486100#t38486100 — «Кто должен платить за Ваш доступ к ресурсу, за траффик, дисковое пространство, администрирование? [...] Это и есть воровство - заставлять других платить за своё удовольствие». У нас даже получился небольшой диалог, правда, безрезультатный.

Логично, что при таком подходе те, кто «агрессивно» возмущается запретом на новые базовые аккаунты — просто-таки разбойники. И нормы общения с теми, кто симпатизирует таким аморальным личностям, естественно, снижаются.

Республиканская традиция

Sun, 03 Feb 2008 16:05:29 GMT

Наконец дочитал лекцию Олега Хархордина про республиканскую традицию (неужели она кому-то может показаться длинной и скучной? ;-)), спасибо razielglo за ссылку. Она отчасти перекликается со статьей из plato, отчасти добавляет новых мыслей.

Про республиканское понимание свободы как не-доминирования, отсутствия произвольной власти, Олег Хархордин подсказывает русское выражение «не быть в чьей-то воле». Воля, произвол — это слова про одно и то же, здесь они в некотором смысле противопоставляются понятию свободы (в духе Четвернина: «В российском массовом сознании свобода традиционно понимается как воля – анархия, отсутствие внешних ограничений, „озорничество“, но не как правовая свобода, не как формально равная возможность выбора в рамках общих для всех правил»). Указывает на русские республиканские модели — Новгород: «на всей воле новгородской» / «а вам в своеволье не быти».

Насчёт гражданских добродетелей Хархордин подчеркивает, что они не являются основой республиканства. Т.е. республиканство не предполагает, что властители будут альтруистично ставить общее благо выше собственного, а вместо этого предлагает заключить их в некоторые институциональные рамки. Политику предлагается оформить в виде «игры», которая позволяет амбициозным людям реализовывать себя, свои собственные интересы — и при этом прославиться. При этом в ней должны быть предусмотрены сдержки и противовесы, ограничивающие злоупотребления властью. Зачем играть именно в эту игру, когда есть другие способы самореализации? В Древнем Риме людям хотелось быть бессмертными подобно богам. Но доблестью в частных делах бессмертия не достигнешь, нужна другая арена — для этого надо вовлекаться в res publica, публичное дело: «Семья и друзья безусловно важны, но есть только один вид сообщества, способный порождать истории, которые фиксируют дела наиболее отличившихся людей. Это — res publica. Другие уровни сообщества просто неспособны это делать».

Интересны вопросы открытости игры для новых участников. Хархордин несколько раз говорит о том, что республиканство предполагает власть для тех, «кому не всё равно», для людей с активной гражданской позицией. Подразумевается некоторое ограничение круга потенциальных начальников, но при этом должны быть институциализованные каналы, по которым можно в этот круг попасть (отсутствие таких каналов — это-де одна из проблем путинской России). Он приводит всякие интересные примеры про то, что в республиканской традиции очень важны механизмы многоэтапной жеребьёвки и ротации должностей — они обеспечивают равенство лучше, чем демократические выборы. То, что всё это навевает мысли об олигархии — не случайно: «Именно из-за очевидных олигархических характеристик либеральные аргументы против классических республик были так сильны. И надеждой на то, что подобной олигархизации республик можно избежать, движутся исследования последних 20 лет». (Между прочим, избирательные цензы это довольно популярная тема на полит.ру: мол, такой ценз был бы кстати, но перспектив его внедрить нет, так что не задерживаемся, продолжаем обсуждение.)

Кстати, этимологическое про «начальника»: это тот, кто начинает. Пойдут за ним или нет, во что потом превратится его идея, и что в итоге получится — неизвестно, будущее неопределённо. Но ему может достаться слава за то, что он начал.

В лекции много ссылок на книги, надо будет их оттуда выудить, чтобы не забыть.

Republicanism (Stanford Encyclopedia of Philosophy)

Fri, 02 Nov 2007 13:10:36 GMT

http://plato.stanford.edu/entries/republicanism/

Изначально это должен был быть краткий пересказ статьи для quite_delicious, но получилось длинно, поэтому выкладываю сюда.

Есть две большие ветви республиканства: «классическое» (про гражданские добродетели и участие в политической жизни, опасность коррупции, преимущества mixed constitution (как это по-русски?) и верховенство права/закона) и современное (civic republicanism, neo-republicanism), в котором на передний план выдвигается политическая свобода (political liberty), понимаемая как не-доминирование или независимость от произвольной власти (arbitrary power). Статья — про второе.

Следуя Isaiah Berlin, нео-республиканцы берут за основу идею «отрицательной свободы». Negative liberty — это про невмешательство, non-interference, «свобода от», пусть каждый делает, что сам считает нужным, и не мешает другим. Positive liberty делает акцент на том, что человек или группа свободен в той мере, в какой он владеет собой (если игрок в азартные игры не способен заставить прекратить играть, он не свободен).

(Характерная цитата из Берлина: «Одно дело — говорить о том, что меня можно принуждать к чему-то ради моего же блага, которого я сам не вижу; иногда это действительно может пойти мне на пользу [...] Совсем другое дело — говорить, что если это моё благо, то и принуждения нет, поскольку на самом деле я желал этого — сознательно или нет — и что я свободен (или «истинно» свободен) даже когда моё бренное тело и дурная голова решительно отвергают его и борются с теми, кто пытается, пусть и благонамеренно, навязать его [...]»)

Нео-республиканцы считают, что в чистом виде идея отрицательной свободы неадекватно передаёт желаемый политический идеал. Им важнее не то насколько много есть вмешательства, а то, насколько «произвольны» (arbitrary) эти вмешательства, насколько законы, институты и нормы обеспечивают защиту от произвола. Примеры: хозяин, который почти не вмешивается в жизнь раба; колония, которую метрополия практически не контролирует, но и не даёт принимать собственные законы. Здесь есть невмешательство, но нет политической свободы (рабы не защищены от произвола хозяина, а колония — от произвола метрополии).

Республиканский рецепт: вместо того, чтобы воспитывать хозяина, чтобы он хорошо обращался с рабами, лучше ограничить его хозяйские права («not to make our master a better person, but to render him less of a master»).

Но одного только отсутствия произвола недостаточно (пример с очень чётким, заранее известным законодательством, регулирюущим всю жизнь до мельчайших деталей), ценность невмешательства тоже признаётся — или наравне с не-доминированием, или как второстепенная. Ну и вообще — есть много других ценностей, которые тоже могут входить в конфликт с республиканскими (e.g., допустимая степень произвола родителей в отношениях с детьми в семье).

Что значит произвол, как определить его отсутствие. Процедурный подход: власть произвольна в той мере, в какой она не сдерживается общеизвестными и эффективными правилами, процедурами или целями (= верховенство закона, rule of law). Велферно-мировоззренческий (welfare and world-view): власть произвольна в той мере, в какой она учитывает (по трём разным версиям подхода) (а) объективные интересы людей, (б) субъективные предпочтения людей, (в) общие взгляды людей, выраженные через соответствующие делиберативные процедуры.

Как изготовить республику: верховенство права, разделение властей, федерализм, конституционные гарантии базовых прав — смешать, но не взбалтывать. Этого недостаточно, так как у властей всё равно остаётся discretion, «усмотрение» при принятии решений (а также в вопросах изменения законодательства) — а это почти что произвол и доминирование. Для борьбы с этим предлагается демократия с тремя особенностями: (а) дискреционное принятие решений должно публично обосновываться (discretionary decision-making be guided by the norm of deliberative public reasoning), (б) участие в демократическом процессе должно быть доступно всем, (в) должны быть институты, позволяющие гражданам опротестовывать законы и деятельность властей.

Гражданские благодетели — это чисто инструментальная штука, которую желательно поддерживать, чтобы республика процветала. Если её нет — жаль, но мы и не особо надеялись, специально на этот случай институтов понапридумывали.

(Начали за здравие, кончили за упокой. Идеи non-intereference и rule of law вопросов не вызывают. Но на стыке с альтернативными ценностями начинаются сложности, а в качестве затычки во все бочки используется, конечно, демократия. Но зато очень нравится акцент на строительство институтов. В либерализме такого акцента не чувствуется. А вот Viroli пишет, что либерализм это вообще «вырожденное или непоследовательное республиканство, но не альтернатива республиканству»)

О коллекционировании

Thu, 18 Oct 2007 08:46:34 GMT

Часто писать в этот журнал не получается; я ещё подумаю, что с этим можно сделать. Фотографии во flickr тоже заношу редко. Писать всякую ерунду в twitter, всё-таки, не очень интересно. Стабильнее всего мне удаётся вести коллекцию закладок в del.icio.us.

Закладок там много, и не все они одинаково интересные. Но про некоторые хочется сказать больше, чем пару строк. Поэтому я завёл журнал quite_delicious, в который буду выкладывать относительно интересные ссылки за, скажем, неделю, с небольшими комментариями. Темы пока не ограничиваю — а там посмотрим.

(Кстати, v_novikov умудрился обнаружить этот новый журнал чуть ли ни в день его создания :-) Должно быть, по упоминанию в нём либертарианства. А я на днях написал пару комментариев, почему не очень люблю это слово: у avva и у rejas.)

c трёх нот

Thu, 03 May 2007 09:38:48 GMT

Давно мечтал о такой штуке: поисковик, который ищет музыку по нотам — http://www.musipedia.org/

Можно задать фрагмент нотами, можно настучать ритм, можно описать контур мелодии, а можно даже насвистеть.

Со свистом и ритмом я особого успеха не добился, ноты оно ищет нормально (там прямо клавиатура есть), а больше всего мне понравилось искать по контуру. Он задаётся в т.н. коде Парсона, когда каждая пара соседних нот обозначается буквами U, D или R — если вторая нота выше, ниже, или на той же частоте, соответственно.

Бах (duduuduududuuduuddd, uuuuduuduuuuduuduuuuduu), Моцарт (drudrudrurddrddrdd), Григ (uuuududdudduduuuuduuddduu) ищутся легко. С Джоплиными и Шопенами, конечно, сложнее, но если подобрать что-то попроще, то тоже находятся: uuududuruuuduuudud, uududdrrrudddud.

Хвастаются, что обыскивают 6.5 миллионов нот из 96 тысяч MIDI-файлов по всей сети. В их собственной коллекции больше 30 тысяч мелодий (в т.ч. 17 тысяч folk songs и 11 тысяч классика).

(via rafo)

документъ

Thu, 12 Apr 2007 22:20:28 GMT

Во время археологических раскопок был найден исторический документ с двумя замечательными исправлениями:

* * *

Tue, 06 Feb 2007 07:25:59 GMT

Вспомнилось недавнее замечание girshon’а. Про то, что по-русски make decision («делать решение») звучит как «принимать решение». В русском варианте акцент на том, что решение уже есть и надо лишь проявить отвагу-и-самообладание и принять его. В английском же акцент на том, что решение надо создавать.

Консенсус это когда все примерно одинаково недовольны. Такое решение найти, в принципе, несложно. Rough consensus, грубый консенсус — когда некоторые недовольны меньше других, но и мнение более недовольных тоже учтено — и они это понимают. В некоторых случаях это важно.

* * *

Кстати, мои представления о давности или недавности событий почти не связаны собственно со временем. Если ещё не всё понято и обдумано — то недавнее.

* * *

На одном тренинге обратил внимание. Насколько легко мне ответить на вопрос зависит от того, кем я себя при этом воспринимаю. Если ощущаю себя в роли студента — могу полностью растеряться. Если ощущаю себя в роли преподавателя, объясняющего — отвечаю без проблем. На один и тот же вопрос. (Бывают и другие роли.)

* * *

Иногда, когда встречаются (а) непонятные или (б) длинные тексты, куда интереснее понять, что у автора в голове, чем то, о чём, собственно, написано. Если я у себя в голове построю те же структуры, ту же онтологию, то смогу при необходимости и сам придумать, про что текст. (Это отчасти из-за http://urbansheep.livejournal.com/1573421.html) В случае (а) я при этом чему-то научусь, и может быть даже увижу то, чего не написано в этом тексте (http://bbb.livejournal.com/1721418.html).

Ещё длинные тексты бывают от склонности к словоблудию и вообще от каши в голове.

* * *

Вообще, одно знание, что такое рефлексия второго порядка (когда мы думаем не о том, что делаем, а о том, как мы думаем о том, что делаем), сильно меняет восприятие реальности.

* * *

Злоупотребляемое мною словосочетание (почти лозунг) «отвага и самообладание» пришло из занятий скалолазанием. Между прочим, нормальных скалодромов в Москве практически нет. Те, что есть, хороши по-своему, но почти всюду какие-то беды. Или переполнены, или неудобно расположены, или сервис плохой. Столько возможностей упускается.

Буковки

Fri, 20 Oct 2006 18:49:14 GMT

Omniglot — writing systems and languages of the world

Много очень красивых и очень непонятных букв, например, таких:

Не знаю, про что этот фрагмент; если там чего-то недостойное — не обижайтесь :)

(via hinkes)

Офисный лытдыбр // fingerboard

Thu, 19 Oct 2006 09:16:13 GMT

Мы в очередной раз сошли с ума — и оборудовали офис доской для тренировки пальцев:

Хорошие фотографии с наших походов на настоящие скалодромы есть на сайте у maxcom’а: http://maxcom.pp.ru/climbing/

Бенедикт Лившиц, «Полутораглазый стрелец»

Sun, 15 Oct 2006 20:48:21 GMT

— Странные люди вы, русские, — продолжал он, не отвечая на мой вопрос. — Заметив, что вам нравится женщина, вы три года копаетесь у себя в душе, размышляете, любите ли вы ее или нет, затем три года колеблетесь, сообщить ли ей об этом и как это сделать наилучшим образом... Потом наступает пора жениховства, которую вы стараетесь растянуть на возможно более долгий срок... Когда же вы наконец становитесь мужем и женой, оказывается, что у вас обоих любовь давным-давно выветрилась и что вы опоздали на добрый десяток лет!

(Бенедикт Лившиц, «Полутораглазый стрелец»)

How to listen to, understand and play intellectual games

Mon, 09 Oct 2006 21:11:57 GMT

Некоторое время назад avva рекламировал замечательный курс «How to listen to and understand great music». В музыкальной школе мне всегда было очень скучно на музлитре — именно там я впервые научился готовить шпаргалки — а этот курс слушаю с огромным удовольствием, уже до середины дошёл.

Лектор — Роберт Гринберг — постоянно шутит, отпускает ироничные комментарии и даже даёт рекомендации, как выпендриваться во всяких псевдоинтеллектуальных дискуссиях. Вот, например, недавно выдал:

There’re so many devices we can use as [неразборчиво] on those people who torture us constantly with intellectual games and phoniness. Here’s one of my favourite that just came to mind. You can always say to someone, «You know, I was just listening to the Bach passacaglia in C minor for organ...» But that does not mean anything! That does not have any snob appeal. You know what you say? You say, «I was just relistening to the Bach C minor passacaglia...» It implies a broad range of past knowledge which only now you’re retouching.
The same thing applies, by the way, to reading. You never say, «I was just reading such and such.» You always say, «I was just rereading Kierkegaard...» — and right away you’ve put up a wall of intellect that few will be willing to attempt to pierce.

Приблизительный перевод:

Есть масса способов [утереть нос] людям, которые вечно мучают нас интеллектуальными играми. Вот один из моих любимых, только что вспомнил. Всегда можно сказать кому-либо: «Знаете, я тут слушал пассакалью Баха до минор для органа...» Но это ни о чём не говорит! В этом не чувствуется никакого снобизма*. Знаете, как надо сказать? Надо сказать: «Я тут опять слушал пассакалью Баха до минор...» Это намекает на огромный багаж знаний, который вы сейчас решили немного освежить в памяти.
Всё это, кстати, относится и к чтению. Никогда не говорите: «Я тут прочитал то-то и то-то...». Всегда говорите: «Я тут перечитывал Кьеркегора...» — и вы мгновенно возведёте такую стену интеллекта, что лишь немногие осмелятся попытаться её преодолеть.

* Совершенно не понимаю, как адекватно перевести snob appeal — «qualities that seem to substantiate social or intellectual pretensions».

Интегральный слон

Tue, 03 Oct 2006 23:25:30 GMT

Вчерашний интегральный салон оказался первым семинаром/практикумом/как-это-ещё-назвать по личностному развитию, на который я сходил в своей жизни. По главному критерию — не жалею, что сходил — всё в порядке.

1. В общем, это, конечно, был не салон с маленькими кружками, а что-то вроде семинара по салонной программе. То есть: программы почти нет, но обсуждение централизованнно направляется ведущими. Ну, для знакомства это может быть и неплохая форма.

2. Общее ощущение: интегральный подход и вообще работы Уилбера обсуждали довольно мало. Точнее можно сказать так: он не был в фокусе всего мероприятия, а был скорее отправной точкой, от которой переходили к более конкретным вопросам, в которых акцента на интегральность не делалось. Часть людей были вообще не знакомы (или очень мало знакомы) с работами Уилбера, так что это неудивительно.

3. Проделали «Интегральное Ката» из уилберовского курса (ака утренняя-зарядка-которую-получается-делать, если вольно пересказывать слова kapterev’а ;)). Это для меня пока вообще тёмный лес. Во-первых, не очень удобно параллельно слушать своё тело изнутри и инструкции о том, что делать, снаружи. Т.е. эффект был, но приглушённый. Во-вторых, почти все присутствовавшие занимались или йогой, или танцевальной импровизацией, или ещё какими-либо телесными практиками, так что им было с чем соотнести. А я с этим всем знаком в основном по названиям; из моих текущих увлечений самым ближайшим к телесным практикам является, пожалуй, скалолазание.

3.1. Впрочем, над этим я как раз буду работать — одна из причин, по которым я пошёл на салон, в том, что хочется разобраться, какую практику себе стоит выбрать. Тот уилберовский курс выбирать не хочется, так как он оставляет неприятное ощущение поверхностности (кстати, как и воообще тексты Уилбера иногда — это неизбежные издержки картографии), и потому не цепляет. Для начала дегустирую танцевальную импровизацию и йогу.

3.2. Озвучивалась мысль, что Уилбер производит на некоторых впечатление эдакого интеллектуального светоча, из чего возникает доверие ко всему, что он рекомендует. У меня реакция чуть ли не противоположная: светоч светочем, но когда я читаю, как он разъясняет и раскладывает по полочкам какие-то теории, ~~моя рука сама тянется к пистолету~~ я наполняюсь скепсисом и мне немедленно хочется почитать про них в оригинале, чтобы посмотреть, что отрезалось при компиляции. (Да, я знаю, сколько книжек проглатывает Уилбер; нет, я не собираюсь их все читать :)) Различие в его и грейвзовской спиральной динамике — достаточно яркий пример того, как его теории могут сильно уходить от исходных, на которых они базируются.

4. Долго пытались определить понятие духовности. Что интересно, в основном озвучивались кусочки обычной уилберовской интегральщины — трансцендирование, свидетельствование, осознанность vs неосознанность, уровни отождествления… Несколько человек явно упомянули Бога как сущности и источника духовности. Кстати, забавно, что в этих случаях про духовность в основном говорили как о должном, а не как о сущем, не в онтологическом смысле. И ещё было несколько интересных мыслей, которые я здесь вряд ли смогу передать.

5. А к духовным практикам люди относят практически всё что угодно. От наблюдений за собой до отчаяния. Это настораживает.

6. В итоге было вполне интересно, хотя и не очень понятно, про что всё это было. Но для знакомства, наверное, сгодится. Знакомства — в том смысле, что мы попытались поговорить на одном языке. Но встречаться просто ради разговора скудно, в будущем было бы здорово более чётко наметить основные темы или направления. Независимо от того, будет ли это по форме салон или такой же полу-семинар.

P.S. Кстати, лекции по Хабермасу я бы с удовольствием послушал ;)